Уголовное наказание в законодательных актах РСФСР
Законодательство дореволюционного периода России не внесло изменений в понятия "повторение преступлений" и "рецидив". Анализируя историческое развитие понятий "повторение преступлений" и "рецидив" в русском дореволюционном законодательстве, автор делает следующие выводы.

Первые законодательные акты Руси не разграничивали понятия "повторение преступлений" и "рецидив". Система наказаний за повторение преступлений и рецидив соответствовала представлениям о сущности преступления и целях наказания. Понятия "повторение преступлений" и "рецидив" использовались господствующим классом для охраны политических и экономических основ общества. Расширение сферы уголовной репрессии за повторение и рецидив осуществлялось, во-первых, за счет включения в законодательство широкого круга преступлений, повторение и рецидив которых влекли усиление наказания; во-вторых, за счет усиления уголовной репрессии в отношении повторно совершивших преступления и рецидивистов. В истории русского государства борьба с повторностью и рецидивом не велась с позиций выявления причин и условий, способствующих данным явлениям, в результате не причины данных явлений определяли средства борьбы с ними, а уголовная политика государства определяла конструкцию понятий "повторение преступлений" и "рецидив". Следовательно, в дореволюционном русском уголовном законодательстве система наказаний не строилась с учетом причин преступности: "несоразмерность проистекает от того, что закон судит о деяниях, не касаясь причин, оные производивших".

В русском дореволюционном законодательстве существенными признаками понятия "рецидив преступлений" признавались повторение однородных преступлений, отбытие наказания за предыдущее преступление, определенный срок, отделяющий последующее преступление от предыдущего. Предлагавшаяся в отношении рецидивистов система наказаний строилась без учета причин рецидивной преступности.

В первых законодательных актах РСФСР ярко прослеживается многообразие определений понятия "рецидив". Для обозначения множественности преступлений употреблялись следующие термины: "повторение преступлений", совершение преступлений в "виде промысла", "упорный рецидивист". Сами по себе данные термины не служили критерием для выделения наиболее опасных форм множественности преступлений. Совершение повторного преступления влекло зачастую тяжкое наказание. В соответствии со ст. 37 постановления ВЦИК от 17 мая 1919 г. "О лагерях принудительных работ" лицо, виновное во вторичном побеге, приговаривалось к высшей мере наказания - расстрелу.

Основной целью уголовного наказания в рассматриваемый период была защита Республики от врагов и преступников, угрожавших ее основам. Этому способствовала ст. 29 инструкции "О лишении свободы, как мере наказания, и о порядке отбывания таковой" от 23 июля 1918 г., согласно которой: "По окончании срока заключения' от распределительной комиссии зависит относительно лиц, причисляемых ею к типу хулиганов, погромщиков или упорных рецидивистов, представлять в местный революционный трибунал для рассмотрения вопроса об их дальнейшей изоляции".
 



Формальные признаки особо опасного рецидива
Помимо формальных признаков особо опасного рецидива (наличие судимости, осуждение лица за предыдущее преступление), уголовные кодексы закрепляли положения о том, что при признании лица особо опасным рецидивистом суды должны учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного и обстоятельства дела.

Признаки особо опасного рецидива преступлений
Под рецидивом, как разновидностью множественности преступлений, понималось совершение нового преступления после осуждения и при наличии судимости за ранее совершенное преступление.


 
бронированный автомобиль
 
бронированный автомобиль
 
кредитные бюро
 
пучок прав собственности